Кулибин Игорь - Ватикан - лобзание Иуды!
Мужество есть ничто иное, как твердость в истине и сопротивление врагам . Преп. Антоний Великий
Ватикан - лобзание Иуды!
Восточный вопрос. Весь XIX век в области международных сношений прошел под знаком Восточного вопроса . Враги России, вчерашние и сегодняшние, продолжают клеймить усилия, приложенное Россией в XIX веке, видя в них нечто большее, чем сущий империализм. Не исключая полностью возможности политической заинтересованности в этих войнах для России, мы-то знаем, что как для русского народа, так и для наших Государей война с Турцией ради освобождениея пленных православных христиан воспринималась, главным образом, как некий долг совести, как некая миссия, возложенная Промыслом Божиим на Россию, как самую великую и могучую державу. Благодарность чувств редко встречается в международных отношениях; оттого-то, вероятно, мало кому они были понятны. Война с неверными турками воспринималась как борьба между Добром и Злом. Немалых жертв стоили эти войны, но немалых успехов добилась Россия в деле освобождения единоверных славян, пять веков томившихся подтурецким гнетом. По сей день на центральной площади болгарской столицы Софии возвышается величественный памятник Царю-Освободителю Александру II и доблестным русским воинам. Русские также приняли деятельное участие в Наваринской битве в 1827 году и в последних событиях, приведших к освобождению православной Греции в 1830 году. Но самую заветную мечту – освободить Константинополь – увы, не удалось. В этомпечальном деле человечество во многом, можно сказать, обязано Ватикану. Если до сих пор Крымская война и весь Восточный вопрос объясняются официальной историей человеческими, политическими, межгосударственными соображениями, то нигде не найти, что душой, подстрекающей силой того позорного факта, что Франция и Англия вошли в союз с неверной Турцией против Православной России, безспорно является Ватикан,восполняющий неимение собственных вооруженных сил изобилием влиятельных, тайных советников и агентов, и целой клерикальной армией, разбросанной по всему миру. Чтобы не быть голословным, приведем пламенные слова, произнесенные послучаю начала Крымской войны парижским архиепископом кардиналом Сибуром: Священное дело, угодное Богу дело, это необходимость отразить фотиевскую ересь, покорить ея, разбить ея новым крестовым походом (…) – такова явная цель сегодняшнего крестового похода, такова была цель всех крестовых походов, хотя и все в них участвовавшие в этом не признавались. (…). Война, которую Франция собирается вести против России, не политическая, а священная война. Это не война между двумя государвствами, между двумя народами, это просто напросто религиозная война; все остальные причины являются лишь предлогами . Яснее не скажешь. Очень тонко замечает Хомяков, что потомки тех католиков, которые некогда совершили нравственное братоубийство , односторонне изменив Символ Веры, неизбежно должны были придти к желанию физического братоубийства . А.Достоевский свидетельствует нам, чо кардинал Сибур не был одиноким воином в поле, и прямо говорит о католическом заговоре: Воинствующий католицизм берет яростно (..) против нас сторону турок (…). Нет стоь яростных ненавистников России в настоящую минуту, как эти воинствующие клерикалы. Не то, что какой-нибудь релат, а сам папа, громко, в собраниях ватиканских, с гордостью говорил о победах турок и предрекал России страшную будущность . Этот умирающий старик, да ещё глава христианства , не постыдился выразить всенародно, что каждый раз с весельем выслушивает о поражениях русских . Эти слова Достоевского так созвучны с уже упомянутым утверждением Хомякова, говорившего о религиозной ненависти по отношению к православным. В западных вероисповеданиях, в глубине каждой души, имеется глубокая неприязнь к Восточной Церкви , что легко можно проверить, наблюдая за Крымской войной, что легко можно проверить, наблюдая за Крымской войной, где один из враждующих лагерей содержит только народы, принадлежащие Православию, тогда как в противном лагере имеются римляне и протестанты, объединенные вокруг ислама . Восточный обряд и большевистская революция . Безстыдно, но с большой откровенностью также писалось в католических кругах о том, что нескрытое удовольствие испытал римский престол от падения царской власти и (что) не замедлил (он) вступить в переговоры с советским правительством , как только победа большевиков стала очевидной. А когда спросили одного высокого ватиканского сановника, почему Ватикан был против Франции во время Первой мировой войны, то он воскликныл: Победа Антанты с союзной Россией была бы столь великой катострофой церкви, как некогда Реформа . Со свойственной ему прямолинейностью, папа Пий X выражал это чувство следующей формулой: Se vince la Russia, vince lo scima (т.е. если победит Россия, то победит схизма ). Для Ватикана, как мы видим, мировая война – все тот же крестовый поход… Несмотря на то, что она давно к этому готовилась, крушение Православной Империи застигло врасплох католическую церковь. Но очень быстро опомнилась она. Крушение России еще не означало овладение ею католичеством. Для этого следовало определить новый угол нападения. Сознавая, что как англичанину немыслимо быть миссионером в Ирландии, так и поляку не быть миссионером в России, Ватикан понял необходимость найти совершенно новый прием борьбы с Православием, могущий безболезненно, не возбуждая ни малейшего подозрения опутать русский народ и подчинить его Римскому папе. Именно этому макиавелевскому замыслу и отвечает появление т.н. восточного обряда , являющегося в представлении зачинщиков этого движения, согласно удачному выражению Н.К.Николаева, тем мостом, по которому Рим войдет в Россию . Этот мошеннический прием, уподобляющийся плаванию под чужим флагом, имел в первые годы становления советской власти очень быстрый успех как в окровавленной России. Так и за границей, где он развернул бурную деятельность среди обездоленных эмигрантов, устраивая их на работу, оформляя их бумаги, открывая для них и для детей русско-язычные школы. Нельзя отрицать, что могли быть случаи безкорыстной помощи, но в подавляющем большинстве эта благотворительная деятельность преследовала узкоконфессиальную цель – разными льготами заманивать несчастных беженцев в свои, на первый взгляд, стопроцентно православные церкви, но… поминающие папу Римского. Кто скажет, сколько следов осталось в душах, на мышлении, на поведении всех тех, кто когда-либо прикасался к этому явлению… В России эксперимент восточного обряда просуществовал немногим более десятка лет. За границей ещё можно встретить несколько таких католических восточных очагов , среди которых Шевтонский бенедиктинский монастырь в Бельгии самой представительной, но цель и возможности у них совсем не те, что были. Являются они сейчас своего рода заповедниками, историческим свидетельством прошлого. Если можно говорить об их теперешнем влиянии, то проявляется оно, главным образом, в издательской области. Но, несмотря на безобидный сегодня, казалось бы, вид этого движения, вернемся на 70 лет назад, когда оно не без оснований мечтало просто напросто проглотить русское Православие. Душой, главной пружиной этой папской Ostpolitik - восточной политики – был некий иезуит, француз епископ дЭрбиньи, специально уполномоченный Римским папой вести переговоры с кремлевскими руководителями для широкого распространения католичества и тем самым вытеснения Православия из России и из русских душ. С этой целью дЭрбиньи трижды отправлялся с дипломатическим паспортом, выданным Францией, в Советский Союз, где он совершил несколько архиерейских хиротоний с конечной целью представить состав русского католического духовенства, приемлемого для советской власти. Прислушаемся, до каких вершин сплошной аморальности могло доходить это духовенство: Большевизм умерщвляет священников, оскверняет (…) храмы и святыни, (…) разрушает монастыри (…). Но не в этом ли как раз заключается религиозная миссия безрелигиозного большевизма, что оно обрекает на исчезновение (…) носителей схизматической мысли, делает, так сказать, чистый стол ( tabula rasa ) и этим дает возможность к духовному воссозиданию . А для тех, кому не ясно, о каких возможностях духовного воссозидания говорит тут бенедиктинец Хризостом Бауер, можно привести уточнение венского католического органа печати: Большевизм создает возможность обращения в католичество неподвижной России . Никто иной как экзарх русских католиков Леонид Федоров в марте 1923 года, привлеченный к суду вместе с 14-ю другими духовными лицами и одним мирянином, плачевно свидетельствовал перед Ревтрибуналом об искренности своих чувств по отношению советской власти, которая думалось Федорову, не поняла всего того, что могла она ожидать и добиться от католичества: С тех пор, как отдал я себя католической церкви, моей заветной мыслью было примирить родину мою с этой церковью, для меня единственно истинной. Но мы были непоняты правительством. (…). Все латинские католики вздохнули когда произошла ортябрьская революция (…). Я сам приветствовал с энтузиазмом декрет об отделении Церкви от государства (…). Только под советским правительством, когда Церковь и государство были отделены, могли вздохнуть свободно. Как религиозно-верующий, я в этом отношении видел действие Промысла . Нельзя терять из виду, что все эти высказывания патентованных католиков, любезничающих с советской властью, делались в самый кошмарный для Православной Церкви период полного ея физического уничтожения. Поскольку ватиканская дипломатия придерживается принципа цель оправдывает средства , что может быть проверено в течение всей ея многовековой истории, надо ясно понять, в какую игру Ватикан тут играл с Москвой. По сути дела, Православие оказалось жертвой двух враждебных ему принципов: атоличество и безбожный коммунизм, которых в этом деле сближало любопытное совпадение интересов. Москва понимала, что ея желание искоренить веру из русского народа – непосильная задача. А пока Православная Церковь оставалась верной самой себе, бескомпромиссно относилась к богоборческой власти, мужественно свидетельствуя о коренной несовместимости между христианским и коммунистическим началами, советские руководители готовы были, хотя бы по двум причинам, благосклонно изучить любезно предложенный им вариант католичества, чтобы направить в нужное русло эту потребность религиозности.ю присущую русской душе. Первая причина – безукоризненная, много раз повторяемая, лояльность католичества к новому строю, как внутри СССР, так и за границей, а вторая причина – выгодно было Кремлю (или просто забавно), чтобы эта религиозная потребность утолялась вековым врагом Православия. Со своей стороны, католики готовы были закрывать глаза на все зверства большевиков, в том числе расстрел в апреле1923 года католического епископа Буткевича и заключение епископов Цепляка, Малецкого и Федорова; зато шесть недель спустя Ватикан выразил свое сочувствие по поводу покушения в Лозанне (Швейцария) на советского агента Воровского. Германский посол в Москве сообщил сказанное народным камиссаром иностранных дел Чичериным: Пий XI, в Генуе, был любезен со мной, в надежде, что мы сломим монополию Православной Церкви в России и тем самым расчистим ему путь . В архивах французского министерства иностранных дел нашли мы немало информации самой первой важности. Секретная телеграмма N 266 от 6 февраля 1925 года из Берлина сообщает нам, что советский посол в Берлине Крестинский заявил кардиналу Пачелли (будующий Пий XII), что Москва не будет сопротивляться устройству на русской территории католических епископов (в множественном числе) и митрополита, и что католическому духовенству будут вообще предоставлены самые благоприятные условия. Шесть дней спустя, в секретной телеграмме N 284 говорится также о разрешении открытия католической семинирии. Таким образом, в то время как неимоверной жестокостью истреблялись наши Св. Новомученики, Ватикан тайным порядком вел переговоры с Москвой, официозно добивался разрешения назначать нужных епископов и даже разрешения открыть семинарию, хотя этот вопрос, хотя этот вопрос, по нашим сведениям, ещё поднимался на высшем уровне – значит не был решен – осенью 1926 года. Можно назвать это время кульминационным в этом противоестественном сближении между Ватиканом и красной Москвой. 29 июля 1927 года митрополит Сергий (Старогородский) подписал от имени Церкви, известную декларацию. Результатом этого явилось то, что Москва положила конец переговорам и вниманию, уделяемому ватиканским предложениям. Возвращение традиционной Русской Церкви, отныне обезвреженной, представляло для советской власти неизмеримо большую выгоду по сравнению с той, какую мог ей принести Ватикан, и оттого-то и потеряла она к нему всякий интерес. Только в конце 1929 года и в начале 1930-го Ватикан окончательно признал, что потерпел политическое поражение, и стал громко выступать против большевистских преступлений, которых он до сих пор как будто бы не замечал, и в 1937 году, спустя 20 лет после революции, Пий XI выпустил знаменитую энциклику Divini Redemptoris (т.е. Божественный Искупитель ), обличающую коммунизм. В нашем вступлении к докладу говорили мы, что изучаемая нами тема не только историческая, но и сугубо актуальная. В 1937 году, когда Ватикан открыто порвал с Москвой, Русская Церковь уже пережила 20 лет ленинского, а затем и сталинского террора, и предстояло ей ещё несколько десятилетий проливать кровь свою в борьбе с богоненавистнической советской властью; и по сей день терпит она преследования и ущемления исконных прав своих. Но с 30-х годов сдвиг был в том, что отныне у нея был один – но какой! – враг: богоборческий коммунизм, и не надо было ей уже, как в первые годы революции, защищаться от лукавых притязаний католиков, пытающихся прильстить ея паству. За несколько недель до своей мученической кончины св. митрополит Петроградский Вениамин говорил в июле 1922 года католическому экзарху Леониду Федорову: Предлагаете Вы нам объединение (…), а тем временем ваши латинские священники за нашей спиной сеют опустошение среди паствы нашей. С приходом к власти Горбачева и введением знаменитой перестройки мы наблюдаем новый сдвиг в курсе нашей исстрадавшейся родины. Не будем тут вдаваться в политический анализ всего того, что происходит сейчас на наших глазах. Скажем только, что благодаря ли Горбачеву, или вернее помимо него, что-то началось, лед тронулся. Во что выльется этот начавшийся процесс – мы не знаем. Отметим только, что происходит это в год тысячилетнего юбилея Святой Руси, и несомненно не без предстательства сонма ныне прославленных святых наших Новомученников с венценосным Царем-Мучеником Николаем. Но надо знать, что не одни русские православные следят за происходящим в России. Враг не дремлет. Если несмотря на все приложенные усилия не было дано Иоанну Павлу II вторгнуться лично в наш юбилей, то произошло, однако, одно событие, на наш взгляд, чреватое последствиями. Имеем ввиду встречу Горбачева с кардиналом Казароли, стас-секретарь, т.е. 2-е лицо Ватикана, и для многих католиков слывет сомнительной личностью. Был он душой ватиканской остполитики при Иоанне XXIII и Павле VI. Был он также близким другом покойного ленинградского митрополита Никадима (Ротова)… политическая гибкость католицизма всем известна. Некоторые наивно удивляются тому, что в папском послании по поводу 1000-летия не было осуждения преследований, которым подвергались и подвергаются верующие в СССР. Добавим от себя: несмотря на то, что католики любят отмечать юбилеи, 50-летие знаменитой энциклики Divini Redemptoris , обличающий коммунизм, прошло в 1987 году незаметно; зато новой энцикликой было торжественно отмечено 20-летие (не такой уже важный срок) прогрессистской энциклики Populorum Progressio о социальной доктрине Церкви . Иными словами – почва подготавливается, и следует остерегаться малейшего слова, могущего обидеть сегодняшнее советское руководство. Возвращение на передний план кардинала Казароли носит само по себе политическое значение. Заявив, что в Ватикане с интересом следят за перестройкой, которая отвечает христианским началам, казароли торжественно передал Горбачеву тайное послание от Иоанна Павла II. Католики вообще очень любят тайны. Но нам-то нетрудно догадаться о вероятном содержании этого послания: заверение в полной лояльности католической церкви к политике перестройки, легализация униатской церкви и вообще переоценка удельного веса католичества в СССР. Не была ли эта встреча как символическим возобновлением сношений между Москвой и Ватиканом, прерванных в 1927 году? Иными словами, не добившись своего с церковной иерархией, Ватикан мечтает добиться своей цели обращаясь к советской власти. Будем следить за высказываниями и будущими поездками папы. Известно, кроме того, что у Горбачева намечена официальная поездка в Италию. В данной обстановке ясно, что ему тогда будет предложена аудиенция в Ватикане. В таких устовиях, сможет ли Горбачев отказать в обратном визите тому, кто предоставил ему, перед мировой общественностью, такой сертификат респектабельности ? А тем временем Ватикан распространяет в направлении всех гонимых своею щедрою руку помощи, заступничества и сострадания. Увы, многие уже готовы схватить эту руку.. Желали бы мы, чтобы все в отечестве и в рассеянии сущие православные имели бы в памяти, не ради мести, а ради будущности России, те исторические факты, которые мы считаем нужным напомнить. Сомнительный друг бывает, порой, хуже и опаснее открытого врага. Метки: , , , , , ,
Пн Вт Ср Чт Пт Сб Вс
, , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , ,
Вы читаете журнал
source
Комментариев нет:
Отправить комментарий